Хороший рассказ

Это было в то не простое время, когда на различных вокзалах столицы унылые контрактники-ихтамнеты шли с полной выкладкой, основным оружием и тяжёлыми на вид армейскими пистолетами в кобурах и грузились в плацкарты на «учения». Это был ещё один людской ручеёк, который дополнял потоки к массе солдат перемещаемых на автобусах и армейских авиатранспортниках. Можно было заметить, как рослые крепкие мужики, некоторые с проседью, организованными группками шли через перрон, чтобы через тысячу километров развернуть наступления и котлы. На фоне успеха «наших» на фронтах, бизнес пошатнулся от санкций, забуксовал как девятка на навозном поле и заскрипел. У многих дела пошли туго, а у Петрова было тогда всё даже очень хорошо.

Continue Reading

Очень плохой рассказ

                Помнится, я отдыхал, а вернее был в политических бегах на даче у Петрова. Дача эта находилась в таких далёких ебенях под Свердловском, что некоторые жители думали, что Советский союз ещё не распался, а особые продвинутые персонажи даже имели представление «об алкаше Ельцине». Придурялись эти ребята неопределённого возраста или нет, я не знаю. Но портрет Путина на коне в местном сельпо висел, и деньги с «двухголовыми курицами» у них водились, и покупалась на них, ныне снятая с розлива по каким-то идеологическим причинам водка «Путинка», но странным образом имевшаяся там в наличии.

Continue Reading

Do Damage

17 октября. Такой солнечный и тёплый день, наверное, +17 – погода просто великолепная. Сухо и хорошо. Но почему я чувствую такую отчуждённости и внутренний тупик.

Continue Reading

Разговор доктора с безнадёжно больным

Война — это абсолютное зло. Любая война. Она убивает и калечит любого, кто в ней участвовал. Она калечит психику живых людей, превращая их в ходячих мертвецов!
Невозможно спокойно смотреть и слушать этого человека.

Continue Reading

Петровы в гриппе и вокруг него. (+18)

Прочитал замечательный роман Сальникова. Безусловно это такая постмодернистская новелла, похожая на визит друга в твоё день рождения, когда пьянка начала уже угасать. Ты все равно рад другу, обнимаешь его, несмотря на несвоевременность. И вроде неловко, вроде и хорошо. 

ЧИТАТЬ!

Коловрат

Ночь. Свет фонарей нестерпимо светит в глаза. Тело ночи не чёрное. У неё коричневая кожа. Похоже на тело негритянки. Кофейная чернота большого города. И вот негритянка из плоти и крови уже идёт рядом со мной. Я нагло трогаю её за жопу. Она смущённо убирает мою руку. Даже студентка-путана не лишена некоторого смущённого кокетства. Мы идём к ночному банкомату, чтобы снять деньги. Наличные ведь уже были пущены на ветер в музыкальном кафе на Китай-городе. Я хотел бы напиться к чертям, но при сильном нервном возбуждении это трудно. В голове каша от невыносимой лёгкости бытия. Заевшей пластинкой играет песня Коловрата.

Continue Reading

Пасхальные рассказы

Пасха – ауяска


После очередной сборки ауяски, которую Станислав Погорелов пережил на Пасху он понял, что все будет по-другому.
Не было понятно, что именно изменилось. Всю ночь и весь день он трансформировался в звуки и вибрации. Он чувствовал себя как бесконечный поток феноменов, переживаемых непрерывно, завёрнутые в иллюзорную оболочку «Я». Этот поток представлялся ему графической плоскостью. Он игрался с этой и другими переживаемыми плоскостями.

Continue Reading

Мудаки

Иногда смотришь на людское мудачество и оторопь берёт. Не то чтобы я бы был белым и пушистым, но все же.

Зачем я живу среди этого ходячего щИта, и неужели временами я сам такой?

Вот стоит накаченный сорокалетний здоровяк. Хочет получить посылку на «Почти России» по фотографии паспорта в телефоне. Ему отказывают. Он в гневе убегает. В дверях посылает пожилую работницу на хуй, обиженным подростковым тоном.

Continue Reading


Деградация как рождение нового

Наткнулся на старые записи и фотографии 2016 года. В это время активно деградирую как чиновник и как человек. Широта интересов резко сужается, присутствует чувство глубокой неудовлетворённости. Эпизодически злоупотребляю алкоголем. Нельзя сказать, что моё поведение отличалось особенной порочностью, но само состояние ума было крайне замутнённым. Это состояние сознания буддисты назвали бы неискусным. Вялотекущая депрессия и духовный застой способствовали тому, что я фотографировал еду и объедки из столовой Администрации президента, делал фото кабинетных посиделок. Кроме того фотографии сопровождаются комментариями. В них рефлексия и попытка зафиксировать ощущения своего эго.

Continue Reading